По моим представлениям, они заплетали волосы с украшениями. Ничего сложного – перехватить пучок волос каким-нибудь волокном, засунуть цветок. Подрезали бороды острейшими кремнями, опаливали или заплетали их. Древние люди постоянно возились со шкурами, скребли, ловко удаляли шерсть: уж бороду как-нибудь подровнять хватило бы смекалки. Использовали природные красители – но не просто мазали морду грязью, а делали разноцветный бодиарт. Может, и шкуры красили, и меха. Кто-нибудь из них вполне мог приклеить на себя лепестки цветов, надкрылья жуков, перья, использовать цветные соки и минеральные красители. Звериные шкуры можно обрезать вполне ровно, и даже украшения сделать из меха (как делают северные народы). Мех сам по себе и сегодня служит дорогим украшением. Гоминиды проводили немало времени в воде, добывая пищу и прохлаждаясь, поэтому особую «грязность» и «зловонность» им приписывать не стоит.

Вероятно, сапиенсы еще в палеолите использовали всевозможные способы изменения внешности, и ухаживали за собой. Это касается и неандертальцев, хотя и в меньшей степени. В отличие от них, эректусы внешность не изменяли, но были хороши и без того: животной красотой, как и другие приматы. Впрочем, не исключено, что они покрывали тело грязью для защиты от солнца, как слоны, поэтому выглядели как чумазые борцы в грязи. И до «глиняных дрэдов» им было еще далеко.

Простор для фантазий и реконструкций здесь большой. Палеонтологи уже уяснили эту тенденцию, и рисуют динозавров, древних млекопитающих и птиц весьма пестрыми созданиями (может, даже слишком). Следующий шаг – облачить и древних людей в немыслимые дикарские уборы. Хотя бы слегка причесать! Хоть ягодку в нос вставить! Предлагаю позаняться, а я могу помочь.

Разумеется, доказать эти идеи напрямую нельзя, но можно применить экстраполяцию и моделирование.

Аргументы такие:
1. Традиционные племена («дикари») тратят на работу над своей внешностью много времени, социальной энергии, творческого труда и терпения. Даже больше, чем цивилизованные люди, горожане. Самый поразительный визаж создают довольно архаичные по внешности и культуре папуасы. Пигмеоиды, которые практически не изменяет внешность, тоже не выглядят неопрятно. Бушменам и пигмеям присуща аккуратная «прическа» из-за коротких спиральных волос. У малорослых монголоидов (аэта) и америндов (яномама) волосы прямые и тяжелые, поэтому ложатся ровно.


2. В бюджете времени обезьян (и многих других млекопитающих) уход за кожей и шерстью составляет заметную долю (до 15%). Снижение этой доли свидетельствует о болезни, снижении ранга, депрессии, старости. Большие обезьяны даже вытирают задницу листьями – себе и деткам. У альфа-самцов чакмы, гамадрила – очень красивая расчесанная грива. У орангутана, правда, космы, но он так маскируется. Приматы вообще любят «пеструю одежду». Некоторые из них (мандрил, ринопитек, зеленая мартышка и др.) отличаются наибольшей среди млекопитающих пестротой и цветностью.

3. Неухоженная особь становится мишенью для хищников. Ее изгоняют и травят в группе. Ведь это признак болезни. Так что быть неопрятным просто опасно. Нарушения опрятности у животных возникают только при перенаселенности, эпизоотиях.

Почему же древние люди должны выбиваться из этого ряда и отклоняться от этих правил? Мне кажется, что предки великих цивилизаций были вполне достаточно продвинуты, чтобы себя приукрасить.

Пощечину моим фантазиям наносят некоторые факты, но на них я отвечаю контраргументами со знаком плюс:

1-. Путешественники рассказывали о многих аборигенах, что они никогда не моются, воняют и чешутся. Особенно северные народы.
1+. Насколько мне известно, дети всех аборигенов обожают купаться, и лезут даже в холодную воду, даже в лужицу малую. Вытесненные в крайне неблагоприятные условия, люди продолжают следить за собой. Арктические аборигены чистятся жиром (а это считай дорогая спа-процедура) и натираются снегом, а полярным летом купаются в прогретых озерцах и загорают голяком. Конечно, пахнут не фиалкой, но всё же. Пустынные жители чистят тело песком. Впрочем, все они - мизерная доля человечества, а большинство всё же обитало близ воды. Кроме того, люди раньше помногу находились у костра, а дым подавляет паразитов и микроорганизмы. Они коптили себя, как балык!

2-. Древние люди жили в условиях постоянной войны и борьбы с суровой природой, испытывали груз болезней и паразитов, и им было не до украшений.
2+. Дожившие до современности мастера «первобытного визажа» имеют те же проблемы, если не большие (добавляется истощение охотничьих ресурсов и большая плотность населения).

3-. Обезьян не надо приводить в пример: они ужасно неопрятные и вонючие.
3+. Обезьян мы видим в клетках, фактически в тюремных камерах. Человек в тюремной камере тоже не благоухает, особенно если горшка нет. В природных условиях обезьяны не особенно воняют, и какашками не мажутся. Даже не упускают случай помыться под дождем. Кстати, дождь прекрасно отстирывает телесную грязь. Самые заскорузлые портянки, положенные на ночь под дождь, к утру становятся волшебно чистыми и мягкими.

4-. Дикие-дикие аборигены (тасманийцы, огнеземельцы) выглядели довольно неухожено, а их одежды – действительно «обрывки шкур».

Как пример депрессивной группы, привожу здесь фото индейцев селькнам, охотников и собирателей с Огненной Земли.

Вот небольшой ролик про селькнам. На них шкуры! Просто грубые шкуры. Никакой эстетики. Ходят тоже - не как полубоги в танце…

Авангардную музычку сделал Егор (он пишет электронный рок под непроизносимым «HaupMe»).

4+. Но ведь селькнам и подобные им - это «депрессивные» группы, вытесненные на самый край ойкумены. Отнюдь не показатель! Кроме того, возможно, их наблюдали уже после стресса колонизации. Те же самые селькнам делали бодиарт – простой, но необыкновенно стильный (см. ниже). И вообще довольно симпатишные.

Продолжение галереи Fuegians.

Справка об огнеземельцах:

На архипелаге Огненная Земля обитали три группы индейцев: селькнам (она), алакалуфы, ямана (яганы). Селькнам – самая многочисленная группа - жили в северной и восточной части Огненной Земли. Они охотились на ламу гуанако и собирали плоды и коренья диких растений. Их оружием были лук и стрелы. На островах западной части архипелага обитали алакалуфы, занимавшиеся рыбной ловлей я сбором моллюсков. В поисках пищи они проводили большую часть жизни в деревянных лодках, передвигаясь вдоль берегов. Меньшую роль в их жизни играла охота на птиц при помощи лука и стрел. Ямана жили собиранием моллюсков, рыбной ловлей, охотой на тюленей и других морских животных, а также птиц. Орудия их были из кости, камня и раковин. Оружием при морском промысле служил костяной гарпун с длинным ремнём.
Заново «открыл» индейцев селькнам Чарльз Дарвин, высадившийся на Огненной земле во время кругосветного путешествия на корабле “Бигл”. Дарвин был поражен первобытным видом индейцев. Селькнам, которые вели кочевой образ жизни и появились на Огненной Земле еще 10 тысяч лет назад, были самой многочисленной индейской общиной на архипелаге.
Колонизаторы, попавшие сюда в конце ХIХ века, удивлялись могучему телосложению индейцев, средний рост которых достигал 180 сантиметров. Это адаптация к холодному климату, сближающая огнеземельцев с эскимосами. А смугло-черный оттенок кожи, широкий нос и волнистые волосы являются наследием древнейшей волны мигрантов, имевших австралоидные черты.
Начало колониальной эпохи на Огненной Земле положило конец культуре индейцев селькнам. После того, как в 1879 году английский путешественник Джордж Портер нашел на Огненной Земле золото, сюда стали прибывать тысячи искателей наживы из стран Европы и Америки. Колонизаторам потребовалось немало усилий, чтобы сломить сопротивление местного населения, которое до их прихода более 50 лет успешно противостояло попыткам проникновения с “большой земли”. Золотоискатели уже в полную силу развернули свою деятельность, а индейцы селькнам все не сдавались, то и дело нападая на новых хозяев острова. Большим спросом здесь стали пользоваться услуги наемных убийц, которым платили за голову каждого индейца. Эта резня привела к тому, что уже через 10 лет на острове осталось чуть больше тысячи индейцев.
Сейчас от культуры селькнам остались только воспоминания, а их язык считается исчезнувшим. О “великом народе”, как называли индейцев колонизаторы, напоминает лишь памятник “неизвестному индейцу селькнам” на кладбище в городе Пунта-Аренас, да скульптурные композиции, возведенные на родине индейцев — в Порвенире. Однако антропологический тип огнеземельцев сохранился – его можно наблюдать среди современных жителей Огненной Земли и Пунта-Аренаса.

А для меня дед сделал картофельный нож “под левую руку”. Ибо я пошла в него - если не умением мастерить и “левизной” политических убеждений, то по крайней мере леворукостью. Меня, конечно, научили писать “правильной” рукой. Но у доски от волнения я начинала работать обеими: записывала правой, подрисовывала левой, а если очень увлекусь, то вообще начинаю писать в обратную сторону. Большие заголовки и рисунки на плакате до сих пор вывожу левой рукой, причем вверх ногами - так удобнее! Устойчивого почерка так и не появилось - наклон и рисунок букв получается “под настроение”.

Меня, в отличие от деда, переучивали довольно мягко и безболезненно. Рисовать, правда, разрешали и левой. Поэтому в школе, едва учительница рисования отходила в сторону, я втихаря перекладывала карандаш в левую руку. А вот на балете проблемы были куда серьезнее - усваивать комплексы движений удавалось с трудом. Пробовала даже ходить на занятия дважды, с двумя группами подряд. Но когда пошли “верчения”, я даже при такой нагрузке не могла угнаться за всеми - пришлось балетный кружок бросать. Вообще-то я не левша, а амбидекстр - “ведущими” являются обе руки (а иногда кажется, что наоборот - ни одной).

Когда рос наш сын Егор, мы долго не могли понять, какая же рука у него будет главной - ни правая, ни левая ловкостью не отличались. Амбидекстр? Мой холерический супруг называл его “нолидекстр” (то есть безрукий), а также… “тормоз”. Пожалуй, это был единственный недостаток мальчика: неловкость и медлительность. Казалось, Егор и сам не может выбрать ведущую руку. Проблему решила энергичная бабушка: просто велела ему делать все правой. Ребенок особенно не протестовал. Так он стал правшой. Но прошло время, и выяснилось, что у него есть очень многие признаки левши. Главным образом, это касалось пространственного восприятия. Мальчик долго не мог “сообразить”, как повторить движения танца, зарядки, как управлять действиями ножек на велосипеде, как ловить мяч…
Еще Егор очень мило и выразительно лепил и рисовал удивительно похоже на оригинал, однако без единой “правильной” линии: настоящую технику ему освоить никак не удавалось. Изображение часто становилось зеркальным или заваливалось набок - все у него получались то “Кривокаменный замок”, то “Дельфины наклонного моря”. Рисуя круг, рука из раза в раз смело взбиралась на его вершину, а затем - словно у пальцев начинали “дрожать коленки” - линия соскальзывала, и один бок у круга всегда оказывался кривым.

Затем - школа. Все, что касалось процесса познания, шло отлично. А вот оформление… Кривулищи, загогулины, “вылезания” за поля; здесь курица ходила лапой, а здесь она на минутку присела… Порой он делает в тетради по русскому такие лингвистические анализы, которые и нам не по зубам. Однако педантичная учительница из-за каракулей постоянно снижает ему оценки. Что с ним в конце концов такое?

Все стало проясняться, когда я познакомилась с работами психологов, изучающих проблему левшей. Начну с мрачноватой цитаты. “Как всякое меньшинство, левши внушают враждебность, подозрительность, впечатление отсутствия всяких человеческих добродетелей и умений. Они часто становятся психоневротиками, эпилептиками, заиками; обнаруживают трудности при письме и чтении, зеркально пишут, затрудняются в ориентации в пространстве, рисовании; упрямы, непорядочны, гомо- и бисексуальны. Но Леонардо да Винчи и Микеланджело - левши…” - так безапелляционно говорил о левшах крупнейший исследователь в этой области Ж. Эррон. Таким до сих пор является образ левши и в массовом сознании. Хотя я, будучи из этого племени сама, высказалась бы о левшестве намного мягче.


Сено? - Солома!

Ребенок-левша как бы всякий раз изобретает свой способ построения и овладения миром правшей. Ему нелегко научиться пользоваться иголкой, ножницами, спицами, завязывать шнурки и заправлять одеяло в пододеяльник. Дело в том, что особенностью левшей является нарушение автоматизма - того благословенного автоматизма, который позволяет нам всему научиться и переделать тысячи дел, не задумываясь над каждым своим движением. Левше же приходится усваивать навыки не автоматическим повторением, а подбором логических связей - делать все “через ум”. Открывая консервную банку, я постоянно смотрю, под каким углом стоит нож. А когда я вяжу, каждая петля - это очередной смелый шаг в борьбе с нитью. Пройдет каких-нибудь полгода, и на свет вместо шарфа появляется некая желтая колбаска, которую я тут же распускаю, чтобы приняться за ту же работу с новыми силами. Но я уже взрослый, опытный человек. А ребенку-левше приходится гораздо чаще контролировать свою деятельность сознанием и искать особую логику для ориентации. Не удивительно, что возникает замедленность и неуклюжесть. Особенно трудно переключиться с одного процесса на другой или делать несколько дел сразу, например разговаривать и чистить картошку (что это я все о своем да о женском…).

Родители, не терзайте маленького левшу своими требованиями! - присоединяюсь я к совету детских психологов. Лучше учить его не через глаза, а через тело - вставая за спиной и двигая его руками и ногами, словно это Пиноккио. И тогда деревянная кукла превратится в живого мальчика. Полезно использовать дедовский прием “сено-солома”: надевать, например, на левую руку красную “фенечку”. И левая половина мира становится “красной”: взмахни “красной” рукой… Когда пишем, буква “Я” повернута в “красную” сторону, а “К” от нее отворачивается… Ребенку хорошо помогает ощупывание руками объемных букв игрушечной “азбуки”. А учась рисовать, пусть обводит линии, намеченные взрослым.

Полезны для детей-левшей занятия восточными единоборствами (особенно ушу). Там, кстати, по отношению к телу царит полная справедливость: сколько движений выполнено влево, столько же и вправо. Но здесь ученика ждут большие трудности - при повторении движений тренера, стоящего к нему лицом. Помочь могут два приема: “двигаем деревянную куклу” и “выпускаем тень-двойника”. Первый прием мы уже описали. А второй? Нужно выпустить из тела свою “тень”, мгновенно развернуть ее и совместить с фигурой тренера, заставив принять ту же позу. А затем так же быстро возвратить обратно, после чего наложить на “тень” свои собственные движения. Нужно немного приноровиться - и обучение пойдет как по маслу.

Наш сынок долгое время проявлял упорную неспособность усвоить простейший танец, пантомиму, приемы борьбы. И чтобы его обучать, приходилось детально исследовать самые обычные наши действия (”как это у меня так получается?”). И только разбив их на элементарные движения, которые можно отработать по отдельности, мы добивались результата. Сегодня уже многое позади. Егор гордится своей первой яичницей (зажаренной дочерна) и тем, что ему удается порезать (точнее, изрубить на мелкие клочочки) редиску в салат. Будем двигаться дальше, веря тому, что ребенок-левша, научившись делать все “через ум” и привыкнув совершенствоваться, достигает больших успехов, чем его сверстники-правши.

Ленивая память

У нас были какие-то иррациональные сложности с запоминанием. Ребенок рос умным, хорошо учился, много знал. Но оказалось, что он не может воспроизвести информацию “по заказу”. Перед сном к сыну приходил вдохновенный папа и рассказывал “лекции о природе вещей”. Ребенок кивал и поддерживал разговор. Но как-то раз возник вопрос: “Так… о чем это мы говорили вчера?”. Выяснилось, что наш книгочей и поэт совершенно этого не помнит. Более того. Оказалось, что он в точности не помнит… вообще ничего! Самой малости не может удержать в памяти - отсюда большая рассеянность. Не удается механически запоминать иностранные слова - хоть десять раз повторяй. Что за дырявая голова! После этого отец стал с ним заниматься мнемоникой. Например, они заполняли воображаемый буклет: на первой странице лошадь, фонарь и морковка, на второй - синица, лепешки и пепельница… Самые дикие сочетания! А затем вопрос: “Что у нас находится на третьей странице?”. Запоминали также последовательности цифр и воспроизводили их прямо, в обратном порядке, вперемешку… Развивали образное видение: “Представь себе синий одуванчик и белую пчелу…” Вроде бы такие тренировки помогли (жалко только, что их было не много).

Проблема в том, что у детей-левшей нарушения автоматизма касаются и процессов запоминания. И нередко вместо механического запечатления им приходится изобретать сложный мнемонический алгоритм. Особенно это касается пространственных кодов, начиная с того же “право - лево”. Одна девочка, которая проходила коррекционный курс у психолога А.В. Семенович, пришла к выводу, что “слева - это там, где рука, которая на пианино берет аккорды”. Другая девочка (это, кстати, была я) носила слева значок, и разразился скандал, потому что в советском садике значки носить было нельзя (возможно, позабытый уже скандал и помог мне запомнить, где же это нехорошее “лево”). А наш сын твердо усвоил, что левая сторона там, где стучит сердце. Оказывается, это умозаключение ничуть не проще, чем предыдущие. Во-первых, с ним связаны переживания спортсмена с четырехлетним опытом: ухо папаши прижимается к груди, слушая, не перегрузилось ли сердце. А во-вторых… недавно Егор прочел повесть Б. Акунина “Алтын-толобас”, где капитан, муштруя солдат, использовал такой же прием: налево - это где сердце… Вот как сложно, “через ум” была решена эта проблема!

Где-то за зеркалом

Левши живут в своем собственном пространстве - и времени. Нашего бедного малыша отец заставлял зубрить станции метро, улицы, остановки трамвая: “Ребенок не умеет ориентироваться в собственном районе!..”. А рядом с отметками роста бисерными буквами записано: “Октябрь, 2000. Не умеет определять время. Декабрь, 2001. Не умеет определять время…” После измерения роста Егор с хохотом бежал к часам, вглядывался, пыжился и выдавал: “Десять тридцать!” (ошибаясь всего-то на час-другой). Оказывается, ориентироваться в географическом пространстве и определять время по стрелочным часам - для левши сложнейшая задача. Некоторые такие дети хитрят, пытаясь вычислить, который час, путем сложных умопостроений. Другие постоянно ошибаются. Похоже, что у левшей проблема не только со стрелками будильника, но и с внутренними часами - отсюда неумение правильно оценивать временные интервалы.

Ох уж эта пространственная ориентация… Посещая какой-нибудь адрес, дорогу я, конечно, запоминаю - но как муравей: по деревьям, солнцу, пятнам на асфальте. Описать тот же путь словами - выше моих сил. Равно как и пользоваться планом, картой (приходится постоянно уточнять у прохожих). Когда я пытаюсь перевести образы в слова, картина может исказиться, и, скажем, розовый и приземистый в моих представлениях дом вдруг оказывается желтым и стройным. Однажды в детстве мы спустились в подземный переход, и когда вышли на другую сторону улицы, я никак не могла понять, где же мы очутились, почему все вокруг стало совсем другим. От этого подкашивались ноги и хотелось плакать. В другой, уже взрослой жизни я шла себе на юг, и вдруг вышло солнце, и оказалось, что я продвигаюсь… на север. Я даже присела - так закружилась голова. Интересно, что у обычных людей (правшей) пространственный анализ осуществляет правое полушарие - главным образом, та область, где граничат теменная, височная и затылочная зоны. У левшей эта естественная функция нарушается - ведь правое полушарие вынуждено управлять ведущей рукой и речью.

Кстати, о речи. Когда слушаешь левшу, нередко возникает впечатление, что средств языка не хватает, чтобы выразить мысли. “Я как собачка - все понимаю, но сказать не могу” - говорю я мужу, если он решает завести со мной философскую беседу.

Специалисты утверждают, что у детей-левшей наблюдается сравнительно поздний дебют самостоятельной речи, она замедленна, скупа, содержит неправильные конструкции. Порой они заикаются, а при письме - путаются в буквах, совершая ошибки, которых “не бывает” (замена букв местами, зеркальные написания). Приходится учить написание слов наизусть, заучивать словари - это как раз в духе основательности левшей. Были случаи, когда человек писал левой рукой каллиграфически, но с пятью ошибками в слове, а правой - очень неразборчиво, многие буквы зеркально, но абсолютно грамотно.

Левые ролевые отношения

Я где-то прочла себе приговор: левши - аутсайдеры, существа обидчивые, эмоции свои контролировать не могут и вообще - буки. В основном это оказалось чепухой. Но одна констатация показалась мне весьма точной - факт аутсайдерства. Если представлять себе аутсайдера с этологических позиций - не как хулигана и “панка”, а как индивида, находящегося на периферии социальной группы и имеющего либо неопределенный, либо низкий ранг, то многие левши, по моим наблюдениям, - типичные аутсайдеры. В социальной группе существует иерархия, получившая названия в отношении птиц - “порядок клевания” (вначале пищу из кормушки клюет главная курица, в конце - захудалые). Так вот, аутсайдеры вообще не принимают участия в “порядке клевания” и клюют либо на стороне, либо последними, крайне редко первыми (уж если оставаться в группе - то президентом!). В таком случае мы с Егором, конечно же, аутсайдеры. Дружелюбные, общительные, порой даже лидеры. Но коллектив, в котором сложился устойчивый “порядок клевания”, нас выталкивает - мы какие-то не “свои”.

Левша - это в своем роде “рыжий-конопатый”. Однако, если не заставлять его изменить цвет и не показывать пальцем, то негативные эффекты могут и не проявиться. Мне кажется, что установление связи левшества и конкретных психологических особенностей не лишено предвзятости. Исследователь уже знает, что вот эти конкретные дети пишут левой рукой и что они обратились за психологической помощью, поэтому и приглядывается к особенностям их души. А если просто окинуть взором большую группу людей, можно ли отделить “зерна от плевел”? Невротики, упрямцы, балбесы и заики налево, остальные направо! Я не верю, что толпа тут же поделится на левшей и правшей. Слишком велико индивидуальное разнообразие людей. Нельзя забывать и о том, что асимметрия мозга проявляется очень неодинаково. Здесь, как в политике, - найдутся и “ультралевые”, и “умеренные правые центристы”… Психологические качества правополушарности могут и не сопровождаться леворукостью. Все зависит от того, какие зоны коры получают преобладающее развитие. Кстати, когда давление среды ослабевает, доля правополушарных людей резко возрастает: от семи процентов до одной четверти. Такая ситуация наблюдается как в слабо цивилизованных обществах (где дети не учатся писать), так и в сверхцивилизованных (Япония, США, где у детей просто много свободы). А еще - у близнецов, которые создают свой собственный огражденный мирок.

С этими мыслями я отправилась принимать зачет у студентов-психологов. И подметила, что одна из студенток - девушка с яркой замечательной внешностью - пишет левой рукой. Оказалось, что ее никогда не переучивали - на этом настояла мама. Я заговорила о готовящейся статье и посетовала: сложно быть левшой. Ответ был неожиданный:

- Ха! Да это мы смотрим на правшей с чувством превосходства. Потому что они научились жить только в “правом” мире, а мы - и в “правом”, и в “левом”!

Сколько было уверенности в этом голосе! Эх, хорошо, когда у рук никто не отбирает свободу…

Наталия Ефремова. Знание-сила №8, 2002 г
(Эту статью Наташи перепечатывали «Народное образование», «Педология», «Знание – сила», «Лучшие страницы педагогической прессы». В Сети она почти пропала, поэтому размещаем в «Некультурной».)

Вопрос № 1. Как вы думаете, откуда взялся человек на земле? От кого мы произошли?

Обычные варианты ответов такие:
- Человек произошел от обезьяны. [с ухмылкой]
- Бог сотворил! [с жаром]
- Этого никто не знает! [с обидой: и ты, дурак, тоже не знаешь]
- Из Космоса прилетел… [с мечтательным блеском в глазах]
- Был выведен инопланетянами! [с журналом «Загадки и тайны» под мышкой]

Абсолютно правильный ответ - «мы произошли от мамы с папой» звучит крайне редко. Относительно правильный ответ «мы произошли от древних людей» - не звучит никогда.

Вопрос № 2. Какую модель происхождения человека (Сотворение, Рождение, Прибытие, Отрицание, Метаморфоз) использовала наука?

- Наука развивала теорию эволюции, то есть метаморфоз! Но это не было доказано.

Здесь правильно не отвечает никто. Европейская наука почти две тысячи лет опиралась на модель Сотворения, утверждая, что человек был сотворен ветхозаветным Богом. В XX веке в мировой науке укрепилась модель Метаморфоза – эволюции путем превращения, которая была довольно сносно доказана. К концу XX века получила признание концепция сетевидной эволюции с широким ареалом и высоким разнообразием континуума гоминид. Это модель Отрицания - ступенчатой эволюции, имеющей четкую структуру, начало и конец. А в начале XXI века вновь усилились позиции модели Сотворения, которая существенно видоизменила научную картину. “Необиблейская” концепция антропогенеза включает в себя образы узкой прародины (Африканский ковчег), локального прародителя всех форм сапиенса (mt-Ева, Y-Адам), почти полного вымирания предкового человечества около 70 тыс. лет назад (Ноев потоп) и развития всех рас от микропопуляции-основателя (Ноева семья).

Вопрос № 3. Что говорил о происхождении человека Чарльз Дарвина?

- Человек произошел от обезьяны! И он ошибался!

На самом деле Дарвин никогда не произносил формулу «человек произошел от обезьяны». Я даже не знаю, кто ее первый высказал – возможно, какой-нибудь безвестный журналист. Если вы в курсе, подскажите.

Зато Дарвин высказался с большой, даже буквальной точностью - что человек порождён членом! Или если цитировать дословно: «неким древним членом человекообразной подгруппы».

Когда-то, цитируя эту фразу из учебника Я.Я. Рогинского, меня разобрали сомнения – действительно ли так было сказано? Не фигура ли переводчицкой речи? И я раскопал оригинал. Да! Член там есть. Не тот, о котором можно было бы подумать (в английском такого оборота нет). Но всё же никак не обезьяна!

“If the anthropomorphous apes be admitted to form a natural sub-group, then as man agrees with them, not only in all those characters which he possesses in common with the whole Catarrhine group, but in other peculiar characters, such as the absence of a tail and of callosities, and in general appearance, we may infer that some ancient member of the anthropomorphous sub-group gave birth to man“.
(Darwin Ch. The Descent of Man. Forgotten Books, 2007. P.134)

К 1993 г. в Эфиопии на Среднем Аваше было извлечено 17 образцов прегоминида древностью около 4.5 млн. лет. Тогда был описан типовой экземпляр Australopithecus/Ardipithecus ramidus (Aswaf B., Suwa G., White T., 1994). Тогда же выделили еще один вид - Ardipithecus kadabba (Haile-Selassie Y, Suwa G., White T., 1994).

Стало понятно, что ардипитек является пресловутым «промежуточным звеном» - но не между человеком и обезьяной, а, бери ниже, между австралопитеками и гоминоидами (дриопитеками). По существу, он оказался крупным древесным приматом, который много времени проводил на земле (как и современные шимпанзе, горилла и бонобо), но был слабее специализирован.

К 1997 г. коллекция ардипитеков насчитывала остатки более 50 индивидов (сейчас есть более 100 образцов). По мнению Уайта, к ардипитекам можно причислить ранее известные образцы преавстралопитеков из Лотагама, Баринго, Лукейно.

По особенностям скелета ардипитек близок к понгидам, хотя есть и черты гоминид. Например, клыки и резцы у него несколько мельче. Малая толщина эмали свидетельствует об отсутствии в рационе выкопанных клубней, а палеоэкологическая оценка говорит о наличии здесь толстоствольного леса. Таким образом, получила подтверждение гипотеза о развитии бипедализма в условиях древесной локомоции (а не на открытых пространствах саванны) с “кормлением под веткой” (Фоули, 1990; Aiello, 1981).

С начала 1990-х по конец 2000-х, шла работа по очистке и изучению неплохо сохранившегося скелета самки ардипитека. Это была очень длительная и дорогая работа. Она и оказалась главной «сенсацией». Восстановить целый скелет гоминида, вдобавок самки, да еще и дать забавное название - «Мисс Арди» - очень важно для формирования общественного мнения. Все помнят, сколько шуму наделала находка скелета австралопитека, который назвали «Люси» (полагаю, назови его «Люсьен», он бы так не нашумел). Для фундаментальной науки, впрочем, такая уникальная находка не столь ценна - важнее иметь множественный, пусть и фрагментарный, материал для сравнительного анализа.

Чтобы произвести впечатление на широкую публику, исследователи нарисовали мисс Арди стройной, как солдат. При этом сделали ардипитеку обезьяньи конечности и морду. Такая реконструкция красива, но не слишком корректна. Судя по скелету, мнение о выпрямленности ардипитека преувеличено.

Рассмотрим строение таза. Подвздошная кость, дающая опору туловищу, у ардипитека гораздо короче, чем у шимпанзе. Зато нижняя часть таза, которая более функциональна (к ней прикрепляется бедро и множество локомоторных мышц) у ардипитека она имеет скорее обезьянью форму. Похоже, что ардипитек передвигался как «четверорукое» существо.

Следует заметить, что таз австралопитековых имеет вовсе не промежуточную форму между человеком и шимпанзе, а является даже более «гоминидным», чем у самого Homo. Ардипитек, как хорошо заметно на иллюстрации, по форме таза весьма далек от австралопитека, зато близок к горилле.

Альтернативные реконструкции так и изображают ардипитека - “четвероруким”, подобно шимпанзе.

Кстати, гориллы тоже умеют выпрямляться, даже демонстрируют определенную “осанку”. Но это не делает их двуногими. Лучше всех выпрямленную позу удерживают бонобо. Скорее всего, ардипитеки и были похожими на бонобо – как по морфологии, так и по образу жизни.

Нижняя конечность ардипитека свидетельствует о древесном образе жизни, она подобна ступне шимпанзе.

Череп ардипитека – тоже вполне понгидный. Объем мозга 300-350 мл, как у шимпанзе. На этой иллюстрации (слева) я поместил изображение черепа ардипитека поверх черепа шимпанзе. Если поместить полную реконструкцию черепа ардипитека в профиль (справа), то его контраст с гоминидной формой человеческого черепа бросается в глаза.

Реконструкция лица ардипитека напоминает даже гиббона, но никак не гоминида.

Так что особой сенсации нет. Ардипитек – поздний гоминоид, живший на рубеже миоцена и плейстоцена, «четверорукий» древесный примат, малоспециализированный, и потому, вероятно, находящийся в основании древа понгид и гоминид. По внешнему виду и образу жизни он сходен с молодой гориллой или бонобо.

Основная ценность работ про ардипитека, опубликованных в 2009 г. не в реконструкции “миссис Арди”, а в детальном анализе таксона. Теперь есть весьма полное описание «промежуточного звена», отсутствие которого являлось весомым аргументом для критиков теории Дарвина.

Представляя себе «промежуточное звено» между гоминидами и понгидами, следует не упускать из виду такие моменты:
- Шимпанзе, горилла, орангутан и особенно гиббон – крайне специализированные формы, сильно отличающиеся от общего предка. Поэтому проводить линейное сравнение «обезьяна – ранний гоминид – человек» некорректно.
- У двуногих приматов нет «четкого плана строения», их вариабельность может не уступать разнообразию понгид.

Ссылки
Статья А. Маркова об ардипитеке.
Hawks J. The Ardipithecus pelvis via

Ныне грузины, так же как и прежде воинственны, задорны, впечатлительны, горячи; гнев вспыхивает у них чрезвычайно легко, а решение следует быстро. Из всех туземных племён, населяющих Закавказье, грузины отличаются наибольшим простодушием, беспечностью и страстью к пирушкам и веселью. В праздники слышатся около духанов музыка, пение, ссоры, крик, хохот. В семьях при всяком поводе тоже изрядно веселятся и стар и молод, и мужчины и женщины, и гости и хозяева. При таком складе характера естественно, что у них на пирушках, на свободе, храмовом празднике около духана и пр. чрезвычайно часто возникают ссоры, легко завершающиеся печальной драмой. Убийства в форме скрытого разбоя, особенно организованными бандами, грузины совершают много реже. Как всякое племя, грузины имеют свои особенные черты характера, передающиеся по наследству и резко бросающиеся в глаза в европейском обществе, что свойственно, впрочем, всем аборигенам Кавказа и всякому известно. Насколько можно проследить по историческим документам, основные черты характера грузин за 1500 лет едва ли значительно изменились.

• Близкие грузинам по крови имеретины, мингрельцы и гурийцы Кутаисской губернии имеют очень много общего с ними по историческому прошлому и темпераменту. В проявлении своего удовольствия, восторга и весёлого настроения духа вообще они более сдержанны, не так покорны судьбе, не так беззаботны и добры.

Имеретины горделивые, мстительнее их и, между прочим, необычно склонны к сутяжничеству. Впрочем, эта последняя черта характерна многим другим племенам, населяющим Кавказ, особенно грекам, и влечёт за собою часто кровавые расправы.

Гурийцы гораздо вспыльчивее и раздражительнее грузин и даже имеретин, самолюбие у них выражено сильнее, при этом они смелы, храбры, хитры, прекрасные стрелки и отличные ходоки. Они стройны, красивы, в обращении любезны и деликатны, в манерах благородны и исполнены чувства достоинства: они поэты в душе и живут больше чувствами и страстями, чем холодным рассудком. Как грабители они в глазах не только соотечественников, но и пришлого элемента слывут за обладающих рыцарской душой; так, ограбив торговцев, едущих в одном экипаже с дамами, они вежливо с видимой искренностью извиняются перед последними за причинённый испуг и беспокойство. Гурийцы и имеретины развитее, трудолюбивее и оборотливее грузин.

Мингрельцы, имея общие свойства характера с другими племенами той же картвельской группы, отличаются склонностью к воровству и ко всякого рода предприятиям честным и нечестным, связанным с удалью и молодчеством; настоятельны они не менее имеретин и гурийцев. Свободолюбие свойственно всем картвелам, но менее всего настоящим грузинам, держащим себя в отношении, напр., к русским довольно приниженно. Религиозны все, но религия, видимо, мало сдерживает побуждения к насилию, раз возникает к тому повод; гурийцы, напр., дают сравнительно с другими названными племенами особенно много убийств и разбоев именно во время строго соблюдаемых ими постов и в дни храмовых праздников. Хотя патриотизм грузин, имеретин, гурийцев и мингрельцев не идёт дальше привязанности к родной сакле, родному селению, любимых долин, гор, ущелий, пней и лесов, но племенческие убийства у них явление не редкое, особенно в последнее время экономических неурядиц и общего брожения умов.

• Аджарцы обладают строгими нравами и суровым видом, свободолюбием, трезвостью и сознанием собственного достоинства. Это мужественные, рослые, физически крепкие люди. Мусульманская вера, горные стремнины и дикие пышные леса по сторонам ущелий тормозят проявления весёлого настроения духа, накладывают на все действия людей свой особый отпечаток серьёзности. Во взаимных отношениях аджарцев наблюдается поразительная дисциплина, что особенно бросается в глаза в дни мусульманских праздников, когда главное удовольствие поселян выражается в скромных посещениях своих друзей и знакомых и в коротких полуофициальных визитов младших к старшим. Нет в аджарских селениях ни песен, ни плясок, ни даже музыкальных инструментов. Шумных ссор не встречаешь. Всё кругом необычайно тихо, погружено в какое-то своеобразное скучное спокойствие. Даже листья на деревьях редко колышутся и шумят, даже птицы отличаются безголосьем, скрытностью в чаще лесной. Малоподвижный, молчаливый аджарец обладает, однако не холодным темпераментом и при случае может развить большую двигательную энергию, напр., в сутки пройти пешком верст 60; призвание к умственному труду у него, однако, очень слабо. Вооружённый всегда с ног до головы, он во всякий момент готов вступить в кровавый бой и уступать врагу не привык. Отличаясь самолюбием, обидчивостью, впечатлительностью, порывистостью, недостаточной общественностью и переоценкой собственной личности, аджарец с лёгким сердцем, подчас с сознанием исполненного долга спокойно убивает намеченную жертву. Изуверства над мёртвым телом он себе, однако, никогда не позволяет, хотя бы и ненавидел убитого до глубины души. Убить сразу одним выстрелом – вот его девиз. В былые времена Аджария наводила своими разбоями ужас на все окрестности, а в ней самой не было свободного проезда по главным дорогам. Только в последнее десятилетие народ до поры до времени присмирел, хотя убийства из мести процветают по старому. Перевал в Аджарию через Арсианские горы до сих пор носит название «кровавого», и разбои вблизи него изредка повторяются.

• Лазы, живущие в Батумском округе, поближе к Чёрному морю, по своему характеру не представляют резких отличий от аджарцев, лишь более предприимчивы и обирательны и менее склонны к разбоям.

• Хевсуры как обитатели самых диких и трудно доступных мест на альпийских высотах главного Кавказского хребта обладают нравами, сохранившимися в первобытной чистоте с чрезвычайно древних времён и складом характера, поддающимся крайне слабо влиянию европейской цивилизации. Хевсуры самоуверенны и надменны; они подвижны и смелы в своих горах, но, спустившись с них в долины, медлительны, робки, смотрят подозрительно из-под лобья. Их интересует собственная крохотная родина, внутренний быт их маленьких обществ, традиции рода и племени и больше ничего. Старшие в роде их земное начальство, кинжал и винтовка лучшие друзья. Кровавая месть как пережиток великого прошлого считается у хевсуров священной обязанностью каждого взрослого мужчины. У них своё судопроизводство по традициям, свои правовые терасы с пояснениями относительно времени мести, формы её, возможной замены штрафом и пр. Каждому увечью своя оценка: убийство, напр., односельца считается более тяжким преступлением, чем человека из другого села, убийство жены или детей не преследуется путём мести, а штрафуется и т.д. Хевсуры имеют и рыцарские черты характера – не бить лежачего, щадить слабого и безоружного, держать раз данное слово. Между прочим, заслуживает упоминания существования у этого племени поединков на шпагах в полном воинском облачении (шлём, кольчуга, наручники, щит и пр.) и фехтование как предмет воспитания мальчиков. При учебных боевых схватках и на поединках дело не идёт дальше лёгкого поранения; появление хотя бы нескольких капель крови у кого-нибудь из схватившихся считается доказательством, кто победил. Хевсуры, живя почти на границе вечного снега, не испытывали на себе гнёта от победителей и покорителей и привыкли веками к своеволию; тем не менее преступлений, если не считать кровной мести, у них поразительно мало.

• Тушины, живущие также высоко в горах, умственно гораздо развитее хевсуров. Они воинственны, храбры, мстительны, ловки в движениях и крепки на ноги и, как все горцы, отличаются большей физической силой. К хевсурам тушины относятся дружественно, но крайне враждебны к вороватым кистинам (тоже горцы, соседи). Интересы тушин чисто пастушеские, и городская цивилизация им, как и вообще горцам, не по душе, а к жизни в низменностях не приспособлен их организм в антропологическом отношении. Тушины все же менее замкнуто живут в своих горах и посещают, в противоположность хевсурам, города с торговыми целями.

• Пшавы, населяющие долины менее высоких гор Тионетского уезда, а также Душетского Тифлисской губ., добродушнее хевсур и тушин и вообще более напоминают настоящих грузин, с которыми родственны по крови, но крайне невежественны. Убийства на почве мести у тушин и пшавов является делом самым заурядным, но разбойничьих банд они, как и хевсуры, не образуют и вообще к разбоям склонности не обнаруживают.

• Курды, по своему психическому складу во многом напоминающие цыган, племя гораздо более разбойничье, хотя организованные банды курдинские наблюдаются реже татарских, к тому же курдов на Кавказе сравнительно не так много. Они ленивы, неряшливы, вспыльчивы, жестоки; они беспощадны к врагу, ненадёжны в дружбе, вороваты до необычайной возмутительной степени. Уважают они только себя и своих старших. Нравственность их вообще очень низка, суеверие чрезвычайно велико, а настоящее религиозное чувство развито крайне слабо. Грабёж, убийство, война – их прямая врождённая потребность и поглощает все интересы.

Урок отца (притча)
0тец, возвращаясь с десятилетним сыном с поля, увидел на дороге старую подкову и сказал сыну:
– Подними эту подкову.
– Зачем мне нужна старая подкова? – ответил сын.
Отец ничего ему на это не сказал и, подняв подкову, пошёл дальше.
Когда они дошли до окраины города, где работали кузнецы, отец продал эту подкову. Пройдя ещё немного, они увидели торговцев, которые продавали вишни. Отец за деньги, что он выручил за подкову, купил у них много вишен, завернул их в платок, а затем, не оглядываясь на сына, продолжал свой путь, изредка съедая по одной вишенке. Сын шёл позади и смотрел с жадностью на вишни. Когда они прошли немного, из рук отца выпала одна вишня. Сын быстро нагнулся, поднял её и съел. Спустя некоторое время отец уронил ещё одну вишню, а затем другую и стал так ронять по одной вишне, продолжая свой путь. Сын не менее десяти раз нагибался, поднимал и ел обронённые вишни. Наконец, отец остановился и, отдавая сыну платок с вишнями, сказал:
– Вот видишь, ты поленился один раз нагнуться, чтобы поднять старую подкову, а после ты нагибался десять раз, чтобы поднимать те самые вишни, которые были куплены за эту подкову. Впредь помни и не забывай: если будешь считать лёгкий труд тяжёлым, то встретишься с более тяжёлой работой; если не будешь доволен малым, то лишишься большого.

Мудрый гость (притча)
Однажды некий дервиш постучался в дом курда. Дверь открыла пожилая женщина, мать хозяина дома. Она сказала, что сына нету дома, пригласила гостя войти, постелила ему палас и накрыла скатертью стол. Но так как в доме ничего не было, то она не могла ему ничего вынести и постеснялась сказать об этом гостю. Гость же подождал и, видя, что ему ничего не несут, закрыл за собой двери и пошёл своей дорогою.
Тут вернулся домой хозяин дома. Мать рассказала, что у них был гость, и она ничего не вынесла ему поесть, так как дома ничего не было. Хозяин дома подумал и сказал:
– Мать, дай мне саблю, поскачу, догоню и убью этого дервиша, пока он не опозорил меня, моих предков и моих потомков перед всем светом.
Схватил он саблю, сел на коня и помчался за дервишем. Догнал он дервиша, обнажил свою саблю, замахнулся над ним и сказал:
– Ветер веет по всему свету…
– Но не везде, где он веет, есть богатство и достаток, - добавил мудрый дервиш.
Понял курд, что дервиш вошёл в его положение и не ославит перед всем светом. Он слез с коня, извинился перед божьим человеком, поцеловал его руку и пригласил зайти в гости на обратном пути.

• Сванеты – горцы Кутаисской губернии – по своему психическому складу составляют много общего с упомянутыми племенами картвельской группы. Они отличаются добростью духа, любят веселиться, особенно за выпивкой, молчаливы, смелы, выносливы, назойливы. Хотя они крайне невежественны, однако неприличных ругательных слов у них будто нет и самое худшее бранное слово - «О, глупый!». Тифлисский психиатр Д.И.Орбели, посетивший недавно Сванетию, говорил о населении её следующее: «Количество преступлений у сванов очень невелико. Все споры решаются своими старшинами и только немногие доходят до мирового судьи. Все дела решаются без возражений. Разбоя, поджога, убийства, грабежа и пр. сваны почти не знают. Зато сильно царит в Сватении кровавая месть, составляя очень тяжкое пятно на народонаселении. Сваны, однако, этого убийства не считают за преступление; напротив это нравственный долг. Убийца по кровавой мести не лишается имени честного и почтенного человека». Сравнительно частым источником семейных раздоров и кровной мести является у них похищение девушек и женщин, которых по отношению к мужскому полу сравнительно мало. Увоз замужней женщины у них, как почти у всех горцев, карается смертью похитителя. Сванетов зачастую сдерживают от убийства сознание необходимости потом из опасения мести бежать от семейного очага и родных гор, привязанность к которым безгранично велика. Если принять во внимание, что Сванетия является страной с необычайно большим, можно сказать, с наибольшим относительным количеством эпилептиков и дегенератов и разных школ невропатов вообще, то невольно приходится удивляться сравнительно очень слабому, как будто даже наименьшему, развитию преступности в населении.

• Армяне – народ самый умный и способный на Кавказе, стремящийся к просвещению и имевший свою науку, литературу ещё в отдаленные времена, о коих русская история ещё не имеет сведения. Географическое положение древней Армении с тяжёлыми условиями жизни в тисках смежных более сильных народов выработала в армянах особенности этнопсихики, которые в тысячелетней борьбе за независимость являлись для них наиболее выгодными. Армяне вспыльчивы, настойчивы, трудолюбивы, изворотливы, осторожны и поглощены интересами торговли и наживы. Видя в деньгах силу, они алчны, завистливы и крайне бережливы. Приобретая на каком-нибудь поприще или в каком-нибудь деле власть, они делаются несносно дерзкими и жестокими, особенно в отношении к слабым или подчинённым не своего племени. Лица администрации Эриванской, Елисаветопольской и Бакинской губерний единодушно жалуются, что с армянами им гораздо трудней справляться, чем с живущими о бок с ними адербейджанскими татарами, т.к. первые плохо подчиняются чужим русским правилам и законам и всему, что не даёт личных денежных или иных выгод или идёт в ущерб интересам племени. Хотя из армян в кавказских войнах многие выдвинулись на крупные посты, однако это ещё не говорит о воинственности народа в открытых боях; отбывают воинскую повинность армяне крайне неохотно, прибегая к всевозможным уловкам избегнуть её, в то время как представитель картвельской группы населения часто гордится ношением воинского мундира и оружия. Армяне зато люди гораздо более дальновидные и ловкие и тонкие политики; благодаря этой черте характера они дали России немало видных государственных деятелей, напр., Лорис-Меликова, Делянова и др. К сожалению, эгоизм их не имеет границ, и общегосударственные интересы им, собственно говоря, чужды. Брать от окружающих племён и народов как можно больше – вот их девиз. У них существуют свои литературные, музыкальные, политические и разные другие кружки, союзы, общества. Взаимопомощь охраняет у них племенную связь; посторонние элементы, в жилах которых не струится армянская кровь, тщательно отстраняются от армянских торговых синдикатов, акционерных обществ и пр.; капиталы предусмотрительно хранятся в иностранных банках и т.д.
Браки у армян прочные и семейные отношения хороши, как и у грузин, но женитьба армянина на русской часто влечёт за собой убийство последней родственниками мужа.Из всех племён на Кавказе вражда к русским оказывается наиболее сильной и сознательной у армян. Между грузинами и армянами существует вековая скрытая вражда, которая при случае ведёт к кинжальной расправе. Как ни странно, с татарами армяне живут дружнее, но в нынешнем злополучном для России году вспыхнула между ними, вероятно, старая, затаённая вражда в Бакинской, Елисаветпольской и Эриванской губерниях и началась резня и перестрелка с сотнями человеческих жертв с той и другой стороны. Впрочем, все кавказские народности не любят армян, смотрят на них как на своих поработителей в экономическом отношении и как на опасных конкурентов, обладающих умом, ловкостью в торговле, льстивостью перед власть имущими и людьми нужными, саморекламированием и капиталом, почему армяне, особенно богачи, делаются жертвами убийства и разбоя чрезвычайно часто. В Турции и Персии отношение к ним общества такое же враждебное, если в ещё не большей степени; курды персидские и особенной турецкие, никем не сдерживаемые в своих инстинктах, а порою и наши, изуверствуют над армянами, вырезывая целые семьи самым беспощадным образом. В общем надо сказать, что в армянах гораздо сильнее, чем в грузинах, вырисовываются еврейские черты характера и это одна из причин нелюбви к ним окружающих народов, хотя и картвелы принадлежат к семейству семитов. Нельзя также не отметить того факта, что, насколько можно проследить по историческим документам, характер армян за 1500 лет не изменился в своих основных чертах.

• Адербейджанские татары (азербайджанцы), имеющие иранское происхождение и примесь тюркской крови, самое разбойничье племя в Закавказье. В то время как, напр., надтарцы как обитатели глухих ущелий и дебрей леса отличаются спокойным внешним видом, ходят медленно, плавно, говорят тихо, не торопясь и не перебивая друг друга, адербейджанские татары, напротив, как истые дети степей, привыкшие испокон веков к кочевому или полукочевому образу жизни, подвижны, крикливы, болтливы, лихие наездники; от их раскочёвок или селения сутолока и шум доносятся до нашего уха уже с очень далёкого расстояния. Первые чистоплотны и аккуратны, вторые неряшливы и держат себя с меньшим достоинством, хотя трезвы и корректны в обращении с людьми. Аджарец – разбойник, пробирается осторожно, притаив дыхание, и метким выстрелом убивает свою жертву чаще из-за угла. Татарин делает среди белого дня самые отчаянные нападения, напр., на проезжие омнибусы и берёт не столько хитростью, сколько крайней дерзостью и необычной ловкостью и смелостью. Татары вообще народ ленивый, вялый, жестокий, крайне самолюбивый и вспыльчивый. Богохульство, святотатство, взяточничество, обман, мошенничество у них наблюдается, однако, редко. Зато ссоры из-за пастбищ, потрав, баранов, собак, женщин обычны и ведут у них то и дело к кинжальной расправе; женитьба татарина на христианке влечёт за собой убийство провинившегося родственниками – мусульманами. Пребывание кочевников на альпийских высотах считается самым подходящим временем для выполнения задуманной мести, т.к. на высокогорные пастбища не может простираться достаточный надзор властей, и там живут кочевники так, как жилось от 100 до 1000 лет назад. На местах зимнего пребывания татар хищнические инстинкты, унаследуемые от предков, сдерживаются административным режимом, снимаясь же с места со своими стадами, кочевники выходят совершенно из-под власти наших законов.

• Ингуши и чечены, являясь самым разбойничьим племенем на Северном Кавказе, наводят страх на всю Терскую область. Храбрые и дерзкие до необычайности, они делают нападения среди белого дня не только на проезжих в поле, но даже на магазины в центральной части г. Владикавказа организованными бандами, причём по совершении ограбления или убийства умеют исчезать с поразительной быстротой. В ночную пору в городе, не говоря уже об окрестностях, опасно даже ходить; уже в 8 часов вечера закрываются все лавки. Чем труднее и рискованнее предприятие, тем больше оно манит ингуша, который испытывает, по-видимому, необычайно приятное чувство после каждой удачи.
***

Как же много воды утекло с тех пор! И если дадут этим детям правильно вырасти, то утечёт еще больше. Воспитание по программе “человек мира” меняет modus vivendi до неузнаваемости. Однако при этом растворяется этничность. Что выбрать?

via М. Котерман
via В. Авдеев

Однако глобальные рецепты работают не всегда, да и дорого их внедрять. Проще оставить народ как есть, чтобы сам о себе заботился. Сохранить «глобальный надзор», чтобы не затевали смуту и не вымирали, а в остальном – предоставить самостоятельность. Этничность уже видится не как пережиток, а как ценное наследие, инструмент и товар. Это «бабушкин сундук», который неразумно заменять «ящиком от IKEA».

Глобализация, особенно первые ее волны, разрушительна для народов и племён. Она полезна - для суперэтносов, разбросанных по всему миру. Или для пестрого «анти-этноса» мегалополисов. А к настоящим народам с ней приходили агенты хаоса: болезни, оружие, дурман, экоцид, распад морали и деформация образа жизни. Под давлением этих агентов аборигены, «природные люди» превращались в пьяниц, разбойников, развратников, браконьеров, сифилитиков и бродяг.

Негативное влияние глобализации могут выдержать только самые могущественные нации континентального масштаба: североамериканцы, европейцы, китайцы. Другие нации – могут растворяться, могут деградировать, либо, если они достаточно сильны, изолироваться. «Надеть паранджу», защищаться закрытостью, доходящей до абсурда. Есть еще один способ защиты – культивировать этничность, превращать ее в товар, китч и сверхценный код.

Один из ярких примеров негативного влияния глобализации весьма подробно изучил Уэстон Прайс** (1870–1948), дантист и диетолог, один из руководителей American Dental Association.

Прайс собрал по всему миру сведения о том, как разрушает зубы и вызывает деформацию скелета отказ от аборигенной диеты и переход на европейскую диету. Кариес, краудинг (скучивание), редукция коренных зубов, недоразвитие среднего этажа лицевого черепа, деформация конечностей – наиболее зримые проявления. Утратив привычную диету, туземцы страдают авитаминозами, диабетом, аллергиями, сердечно-сосудистыми и онкологическими заболеваниями.


Что представляет собой эта опасная «европейская диета»? Мука, консервы, рафинированный сахар, крупы, обилие жиров, алкоголь. На самом деле разрушительная пища сделана из американских по происхождению растений: маиса, картофеля, сахарного тростника, подсолнечника (добавьте табак), из азиатского риса и австралийского мяса. То есть это никакие не «европейские», а «глобальные» продукты, порождение колониализма. Разве консервами и сладкими кашами питаются в какой-нибудь испанской или французской глубинке?

От «глобального продукта» страдают люди всех рас, в том числе европейские аборигены. Эпидемия кариеса и скелетных деформаций прокатилась по Европе и России. Следующая волна – ожирение, аллергии, сердечно-сосудистые заболевания, как результат наступления «глобального фастфуда».
Новая, незримая волна – наступление консервантов, которые помогают содержать пищу на прилавках супермаркетов. Молоко перестало скисать, а хлеб плесневеть, а помидоры – гнить. Как это отразится на человечестве и биосфере? Консерванты насыщают не только организм Мирового человека, но и Мировой океан.

Справиться с «глобальным продуктом» помогает новая, «туристическая этничность», в которую входит культ местной кухни, диетического питания и здоровья.

Лишившись привычной пищи, туземцы нуждаются в дорогом лечении. Представим, сколько надо заплатить дантисту и ортодонту, чтобы вылечить этих бедняг (см. фото). Да это баснословные деньги! Следовательно, этническая диета – ценное достижение культуры. (Справедливости ради отметим, что не всегда этничность, это «хороший дантист»: многие туземцы практиковали разрушение зубов – удаление, подпиливание, чернение.)

Население России также пострадало от «глобального продукта», помноженного на нездоровые местные традиции: использование в большом количестве мучного, жирного, супов, алкоголя, нехватка свежих фруктов и овощей, эндосорбентов, морепродуктов, длительная термообработка, много консервов, в том числе домашнего приготовления. Во второй половине ХХ века кариес и деформация черепа охватили почти все население.

Но был в России один плюс, то, что сейчас называют ground food, пища с личных огородов и садов. Сейчас глобализация растворила и этот источник: в частные хозяйства проникают «пластиковые технологии», а производители (те самые бабушки, торгующие со своего огорода) выдавливаются с продовольственного рынка. Супермаркеты, это удобно. Но где теперь бабушкины помидоры, редиска, курятина? Молоко от своей коровки? Некоторые из нас уже и забыли, когда такое пробовали.

Выводы.
1. Многие аборигены до колонизации выглядели красивыми и гармоничными. Наблюдатели порой описывали их «безобразными дикарями» – беззубыми рахитичными оборванцами - но такими они стали уже после длительного влияния колонизаторов.
2. Этничность – один из инструментов саморегуляции, поддержания красоты и здоровья народа.
3. Кормите детей с умом!

*Под этничностью здесь подразумевается атрибутика этноса: коллективная идентичность, язык, артефакты, традиции и т.д.
**Price W.A. (1939) Nutrition and Physical Degeneration: a Comparison of Primitive and Modern Diets and Their Effects via Gutenberg

1. Около 4.5 махаюги назад на земле Джамбудвипа появились крупные наземные обезьяны. Это были предки людей, заселившие Южную Азию и другие неведомые страны. В поисках пищи они переходили с места на место, не имея постоянного пристанища.

3. В эпоху Трета-Юги предки расправились с дэвами и сильно размножились, так, что пищи стало не хватать, тогда они отправились в другие земли. Где и образовались разные люди.

Лично я такого мифа не знаю. Но Решетов утверждал, что цитирует Адольфа Бастиана, а это фигура: основатель Германского общества археологии, этнографии и первобытной истории, автор концепции эволюции культур. Положившись на достоверность как Решетова, так и Бастиана, я решил уточнить протяженность этих периодов. И обнаружил нечто весьма интересное:

- Датировки в мифах древних индуистов соответствуют самой новой концепции эволюционной антропологии. Длительность «последней махаюги» и периода эволюции гоминид совпадают.

Об этом понятия не имел Бастиан, который выпустил основные труды в 1860-е. Ведь тогда на эволюцию человека отводились библейские 7,5 тысяч лет. Не знал об этом и Решетов – в 1960-е считалось, что весь антропогенез протекал около 700 тысяч лет. Только в конце 1980-х, после находок ранних австралопитеков, выяснилось, что эволюция гоминид длилась 4-5 млн. лет.


Мне показалось необычным уже то, что индуисты придавали мифологическому времени громадную протяженность. День Брахмы у них длится миллиарды лет – на такую страшную глубину не заглядывает никакой миф! Еще более странно сходство индуистских «датировок» с современной научной картиной. Одна кальпа (около 4.5 миллиарда лет) – это же возраст Земли! С какой стати им взбрело в голову именно такое число, почему не десять тысяч лет, не миллион, не бесконечность? И почему махаюга длится именно четыре с лишним миллиона лет?

Я решил уточнить «мифические датировки» индуистов, пересчитав их из лунных лет (у индуистов лунный календарь с продолжительностью года 354,4 суток) в солнечные годы. И сравнить индуистскую мифологическую картину с палеонтологической. Получилась такая фоменковщина:

1. 4,5 махаюги назад. - Современная наука считает, что в это время (19-20 млн. лет) действительно появляются крупные предшественники понгид (моротопитек, афропитек), для которых путь к четвероногости был уже закрыт.
2. Начало последней махаюги. - 4,3 млн. лет появились ранние гоминиды – двуногие приматы, более чем кто либо похожие на человека.
3. Трета-юга. - Это период существования Homo erectus (1,2–0,8 млн. лет), который действительно уничтожил прочих гоминид и широко расселился по Африке и Южной Евразии.

Индуисты дают периодам последней махаюги некую социальную характеристику.

- Сатья-Юга (4,2 млн. лет назад) – эпоха достоинства и равенства.
- Трета-Юга (2,5 млн. лет назад) - появление пороков.
- Двапара-Юга (1,3 млн. лет назад) - упадок духовных качеств.
- Кали-Юга (0,4 млн. лет назад) - эпоха ссор, тревог и лицемерия.

Возникает изрядное желание нацепить эти качества на гоминид и создать портреты достойного афарского австралопитека, порочного хабилиса, упадочного эректуса и лицемерного сапиенса.

Но откуда индусы всё это знали? Не иначе, пришельцы нашептали. Нет, атланты, атланты! Те, которые пахтали Мировой Океан…

А если серьезно: я не разбираюсь в космогонии и антропогонии Индостана. Только в самых общих чертах. И не знаю, действительно ли существовали такие представления? Сомневаюсь. А какая связь с Хануманом и культом обезьян Индостана?

Если кто в этом разбирается - прошу просветить.

Человек уникален, или его своеобразие теряется среди прочих диковин живого мира?
- Человек – это уникальный представитель Animalia, Mammalia и Primates. Он стал геологической силой, изменил облик планеты и самого себя. Такого не сумел ни один вид на Земле.

Человек произошел от обезьяны?
- Нет, он произошел от древних людей. Они не были ни обезьянами, ни носителями главной особенности человека.

Какова же главная особенность человека? Разум, двуногость, речь или…
- Главная отличительная особенность Homo sapiens, это стремление деформировать естество. Изменять собственную и окружающую природу. Ворон ходит на двух ногах, умён и способен говорить. Но он никогда не подпиливает клюв и не подстригает газоны.

Что такое культура человека?
- Культура и есть деформация естества. Я уже говорил, что уродовать себя – это видовая черта Homo sapiens. Но не обязательно уродовать, разрушать – деформировать в широком смысле. Это и бицепс культуриста и регулярный парк, пекинес и перманент, и миллионы других примеров. Человек деформирует экосистемы и ландшафты, виды диких животных и растений, «окультуривая» их. Человек деформирует предметы, сырье, поведение – своё и своих животных. Культура, это не результат материальной и духовной деятельности, как принято считать. Такое определение неточно, ибо позволяет назвать «культурой» муравейник, нору барсука, «кузницу» дятла или песню соловья (которую он выучивает за три года). Нет, это «не-культура», потому что Естество! А у человека жилище, песня, инструмент всегда деформированы, они всегда делаются «не так, как в природе» и наделяются символическим значением.

Значит, культура поведения, это подавление инстинктов?
- Нет. В окультуренном поведении одни инстинкты подавляются, другие усиливаются, причем непредсказуемо. Например, цивилизованный человек вроде бы подавляет сексуальность, но одновременно возводит ее в культ, развивая сложнейшую порнографическую культуру и индустрию. Ее пафос непонятен «голым дикарям», которые, кстати, тоже имеют сексуальные табу. У многих зверей есть инстинкт сострадания, приматы способны сочувствовать и помогать. А цивилизованный человек может полностью глушить этот инстинкт (воюя, принося в жертву детей и т.д.), а в другой момент гипертрофировать сострадание так, что пожалеет и комара.

А поведение животных всегда естественно?
- Нет. Если животное перемещается, кушает, спит, совокупляется, вылизывает детенышей, оно естественно, «экологично».
Неестественность возникает, когда:
1. животному надо передать информацию (сигналы, это аномальные формы поведения, выделяющиеся на общем фоне);
2. возникает скученность, перенаселенность;
3. есть аномалия или поражение нервной системы (скажем, вирусом или гельминтами).
Все эти условия весьма действуют на Homo sapiens.

Человек, это часть животного мира?
- Нет. Он создает вокруг себя оболочку аномальности, анти-натуральности, он отрицает природу.

А как же всякие туристы, натуристы, зеленые, йоги, которые сливаются с природой?
- Этим они сильно деформируют свое естество. Их воспитывали, что надо носить одежду, ходить по улицам и бороться с природой (скажем, бить крыс или не пускать птицу в дом – плохая примета). А они силой воли стали отрицать эти впитанные в культуру суеверия. Так что «голая природа» цивилизованного человека принципиально отличается от таковой у «дикарей». Кстати, «голые дикари» тоже стараются деформировать свое естество – они охотно оделись и переселились в города.

Человеческие расы – это разные виды или подвиды? Или их не существует?
- Расы существуют, у них есть большие внешние и адаптивные различия. Нельзя также сказать, что нет репродуктивных барьеров, и что метисное потомство полноценно. Карелка или осетинка не слишком охотно пойдет замуж за китайца или негра. Сегодня это запрещают бытовые привычки, а когда-то - закон. Секс между членастым великаном-шведом и карликовой папуаской тоже не вполне удобен (хотя, говорят, и болонка иногда седлает борзую). Межрасовые метисы чаще имели низкий статус и меньше потомства. Вместе с тем, между расами наблюдаются переходные формы, а метисация идет всё активней. Поэтому де-факто человечество, это один вид. Расы, это и не подвиды. Подвид обычно существует в единых эко-климатических условиях. А каждая большая раса заселила самые разные биомы, от арктической тундры до сельвы, и приобрела большие адаптивные вариации. Генетики доказывают, что человечество едино, однако они же находят в нем столь глубокую разнородность, что могут проследить род каждого человека вплоть до Адама и Евы (за хорошее вознаграждение).

Человек – это воинственный и агрессивный вид, опаснейшее создание на земле?
- Современный человек, это милейшее и добрейшее существо. Ежедневно по пути на работу мы встречаем сотни людей. Если бы это были сотни зебр или львов - живым не быть. Даже зайцы бы в таком количестве - искусали. Человеческая воинственность и агрессивность ныне стремится к нулю. Шутка ли, убить другого человека считается тягчайшим грехом, за это запирают в клетку навсегда. Ни у каких животных нет подобных ограничений – спокойно убивают, идут дальше. У людей 2000-х считается преступлением не то что стукнуть человека, но прикрикнуть и даже шепотом сказать о нем плохо! Сразу зовут адвоката. Порицают также, если человек обидел животное, и даже оторвал ножки у мухи. Бывают, конечно, вредные люди, стреляют, хулиганят. Но в целом человечество немыслимо гуманизировалось – большинство действительно «мухи не обидит».

Человек – это венец эволюции или просто один из многих детей биосферы?
Да, это венец эволюции. Ни один вид не приспосабливается с такой настойчивостью и изворотливостью. Никто не имел такого широкого ареала и не использовал столь разное сырье. В XX веке человек это уже не дитя биосферы, а ее фактический владелец. Современная обитаемая суша, это в основном агроценозы или регулируемые заповедники, а море – пространство стока, транспорта, добычи и рекреации. Человек разработал две собственные эволюции – аграрную и ноосферную, которые неизмеримо превзошли природную по скорости и эффективности.

Человек уродлив?
Человек прекрасен, как и любое порождение биосферного хаоса.

Что управляет развитием человечества, какова его стратегия?
- Человечеством управляют два божества, Хаос и Протеус, обеспечивающие социальную стохастику и трансформацию гештальтов. Человечество кувыркается в будущее под огромным давлением обстоятельств, в том числе гипертрофия мозга и гиперпопуляция, исчерпание ресурсов и загрязнение сред, разрушение дикой природы и кризис мотиваций. Человек постоянно балансирует - словно умелый серфингист вдоль гигантской свинцовой волны. Ему кричат: сейчас накроет! Сделай что-нибудь! А тот мчится дальше.

* На фотоколлажах - различные высшие приматы.

Заметим, что сейчас культ Джона Фрума превратился в туристический аттракцион, потому что его атрибуты лишились волшебного ореола. Вообще культ карго возник еще в 19 веке. Описано много разновидностей, о которых можно прочесть в той же Википедии**. Там, кстати, сказано, что элементы карго имеются в российской культуре, как бездумное копирование западных социальных институтов в постсоветском обществе. На этом бы хотелось остановиться подробнее. Ибо Вики-автор, при всем уважении к его труду, не разглядел слона:

- Советским обществом правил великий карго-культ, определявший идеалы, идеи, идеологию.

Вспоминая детство: мы были убежденными каргоистами. Собирали бирки от джинсов, пробки от рома, японские фантики «с дикроботами». Лично я проявлял особую истовость, проникая в самый дзен карго. Собирал приемник, одевал наушники, вслушивался в поющий эфир. Даже строил свой «деревянный аэродром» (!), а точнее космодром на столе – из радиодеталей, батареек, игрушек, радиоламп. (А вы помните бесчисленные кружки авиамоделистов, эту пелевинщину?)

Что самое странное, в моих играх был и свой «Джон Фрум»: мифический Джонни Англия, который руководил полетами и обещал взять меня на борт черепахой. Иконами служили вырезки из «Америки». Жёлтый конверт из National Geographic вмещал карточки по инглишу. Стены покрывали коллажи из буржуйских журналов и цитаты из Queen. Масонские тетради полнились заклинаниями на латинице. Джонни Англия приобрел черты Фойла и ожидал меня в Грин Бей. Но попыток учить язык и реально выехать я не делал, а именно практиковал культ: с камланием, адорацией, жертвами и даже скарификацией.

Каргоизм отпустил меня, лишь когда я совершил Паломничество на Запад. Посетил там святыни – аэродром Шимоды, чайку Ливингстон, автобус Проказников, лагерь Бокс-Каньон, сад Хемингуэя и даже остров О’Кей. Купил там в комиссионке 25 килограммов National Geographic и вывез: тайно, морем.

Когда зародилась эта персональная карго-одержимость? Пожалуй, после переезда на Камчатку. Ведь это почти Вануату, один меридиан – вот и почувствовал волну эгрегора…

Теперь погрузимся на уровень социума. В нем наблюдалось парадоксальное сочетание закрытости от всего мира и глубинной ориентации на зарубеж.

1. Вещи в быту
Для советского обывателя заграничные вещи считались высшими ценностями. На них молились, помещали в священном углу. Ими обеспечивали свой престиж в племени. Даже их упаковка была сакрализована. Торговцы и выездные, имевшие «право доступа», пользовались огромным влиянием.

Многие советские вещи – это нелепые, устаревшие, топорные копии заграничных разработок. Воронок и полуторка, членовоз и канатный экскаватор, сталинская высотка и мужская шляпа, типовые дома и округлые холодильники, кеды и шапочки – их первоначальный дизайн и устройство придумали талантливые мастера из дальних стран. Собственные советские разработки обычно вообще не имели дизайна и «внешности» - только кожух.
Копии делались нарочито топорными. Почему? Что стоило советским левшам создавать полные, качественные подделки? Таков культ: карго-самолет из бревен вовсе не должен летать. Такова и особая роль. Если буржуйские вещи имели гражданское предназначение и служили людям, то советские делали служивым самого пользователя. Эти вещи были «военными»: всякий автомобиль мнился неудавшимся танком, а стиральная машина – недоделанным гранатометом. Требовалось изрядно «повоевать» чтобы добыть вещь в магазине, затем, плюясь и ругаясь, довести ее до рабочего состояния, а затем умудриться пользоваться ею долгие годы.

Советская Вещь имела сродство к деревянной тренировочной мишени, к учебному полигону, и воспитывала принципы «мы не ищем легкого хлеба», «тяжело в ученье, легко в бою», «будь готов к труду и обороне». Враждебность закладывалась в Вещь изначально (у нас шутили «этим только китайцев встречать»). Советская Вещь - воевала - с Врагом.

2. Идеи в культуре
Литература, кино и эстрада изобиловали как полным, так и частичным копированием сюжетов, образов, мелодий. Наука тоже охотно брала западные концепции, либо, в пику им, изобретала собственные, неудобоваримые схемы, теорию и терминологию (в 1990-х они всё-таки заместились зарубежными моделями).

Подвижные игры - футбол, хоккей, бокс, каратэ – придуманные иноземными талантами, овладевали советскими массами. В народе также увлекались йогой, буддизмом, индуизмом. Однако это востоколюбие имело самое отдаленное отношение к аутентичным культам Индии и Индонезии. С непониманием и легким презрением хиппи-буддист смотрел на «дремучего» агинца, ламаиста с рождения.

Советский сленг имитировал английские слова («сижу я на бетоне, лажовый смок курю, в решетчатый уиндов на серый скай смотрю»), но был похож на реальную речь англофонов еще меньше, чем пиджин-инглиш папуасов. Возник даже местный фашизм – на основе германской атрибутики и идеологии. Зарубежная музыка, а точнее продукция определенных брендов шоу-бизнеса, была предметом невероятного пафоса.

Конкретных примеров «деревянных аэродромов», где советские туземцы ожидали своего Джона Фрума, множество. Меня, помнится, поразило, что троица комиков из «Кавказской пленницы» вполне соответствует “The Three Stooges”. Это тема для целой книги, никому, впрочем, уже не интересной.

Диалектики ради заметим, что заимствования были и в дореволюционной России, но не в таком масштабе и не такие «деревянные». Запад также использовал кое-какие идеи, родившиеся в Союзе и у перебежчиков, но несоизмеримо меньше. Скорее Запад взял у Союза фундаментальные результаты немыслимо дорогих социальных экспериментов. Например, что коммунизм – чрезвычайно разрушительная идеология, которую нельзя допускать в собственное общество.

3. Идеология в мировоззрении и политике
В сознании советских людей господствовало каргоистическое божество Зарубеж (другие его имена-ипостаси - Иностран, Буржуин, Капитализм, Империализм, ФирмА), соответствующее мифологеме Дьявола. Этот Зарубеж был аксиологической осью страны, задающей высшие позитивные и негативные ориентиры (позитив – конкретная буржуйская вещь, «японческий маг», «штаны монтана», «секс-музыка», негатив – абстрактная политическая сила «рейган-гад», «израильская военщина»). Сколь прекрасен иностранец с кэмелом, идущий по стриту - столь же безобразен кукрыниксовый империалист, затаившийся в своей штаб-квартире.

Мифологема «Герой против Дракона» воплотилась в Союзе культом «Отечество против Зарубежа» – куда более кровопролитным, чем жертвоприношения майя и вообще все остальные культы мира. Именем Зарубежа оправдывалось уничтожение миллионов советских людей. Они порабощались и умерщвлялись как «иностранные шпионы» и «предатели родины», они отправлялись в топку жестоких войн. Финляндия, Румыния, Афганистан, Вьетнам, Испания, Китай - куда только не посылали на гибель выходцев из советских семей. Еще миллионы людей самоотверженно и практически бесплатно (жалкий кров и стол не в счет) трудились на ВПК, создавая вооружение и военную инфраструктуру, прокармливая фронты, собственных карателей, оплачивая своей занятостью и нищетой разбойничьи режимы по всему миру и богатырские игры силовиков. Жёсткие методы воспитания объяснялись тем, что надо «растить настоящих солдат», мрачность мышления – минувшими и назревающими войнами: «если завтра в поход…»

Нищая жизнь оправдывалась военными потребностями Страны. Но не за Страну боролись и работали - а против Зарубежа. Именно он был осью ценностей, мотивировал деятельность советского общества. Он довлел над витальными потребностями - есть, пить, дышать и воспроизводиться - над самой жизнью, которую предписывалось отдать по зову Партии.

4. Генезис
Революции 1917 и 1991, обрамляющие советский строй, также продиктованы каргоизмом. Их идеи, идеалы, идеологии созидались «за бугром» и импортировались оттуда. После обеих революций аборигенные ценности мгновенно отбрасывались, замещаясь иноземными. Язык и сознание заселялись бесчисленными инозаимствованиями. Ваучер, социализм, розалюксембург, ритэйлер, нэпман, диктатура пролетариата, демократизация, кондоминиум, мерчандайзер – люди, обычно ненавидящие научные термины, смаковали эти слова с явным удовольствием.

С середины 1990-х прихлынувший зарубежный вал насытил голодные сердца прозелитов. Советский карго-культ расплылся и распался. Маятник двинулся в сторону бытовой ксенофобии, антиамериканизма, ура-патриотизма. Многие культовые “макеты” стали никому не нужны. Хотя сам порядок вещей не слишком изменился. Вместо деревянных аэродромов стали строить оффшоры, госкорпорации и бриллиантовые дороги, куда завлекали не Джона Фрума, но Джорджа Вашингтона.

Карго-копирование - преобразовалось в китайское клонирование. Достать хорошие шмотки и шмудаки теперь не проще, чем в советские времена. Помыслы и планы российских туземцев по-прежнему за бугром, однако, адорация сменилась кооперацией. Культ карго, поглощенный и переваренный глобализацией, стал туристским ресурсом и предметом ностальгии.

*Ролики собраны здесь
**Статья в Википедии Культ карго

PS. Zoom

Забудьте, что мы млекопитающие! Что сексуальные. Что гормональные. Сообщаю очевидные детали:
1. Соски нужны человеку не для кормления детей молоком и не для занятий сексом. В бюджете времени они несоизмеримо чаще несут иную - сигнальную нагрузку.
2. Соски мужчины, это вовсе не рудимент, а вполне функциональный элемент тела. В чем же его функция?

Соски выражают «агрессию присутствия», превращая корпус в огромное «второе лицо».

Поэтому у человека имеются не соски, а именно «сиськи». «Второе лицо» довольно распространено среди наземных приматов, которым надо активно «заявлять о себе», то есть проявлять агрессию присутствия.

Обычно «второе лицо» расположено… на заднице. Так, у мандрила, павиана или бонобо там формируется нечто похожее на морду: седалищные мозоли, половая кожа, широкая цветная мошонка etc. Обезьяна выглядит, будто Тяни-Толкай, и заявляет о себе с обоих сторон, что немаловажно для поддержания статуса в тесной социальной группе.

У человека задница тоже являет собой «второе лицо», облика слишком динамичного, своеобразного и значимого, чтобы быть просто «мотором» для бёдер. За агрессивный посыл задницу не любят (даже если «любят») и всяко ругают. Стоящего на четвереньках полагается шлепать, покрывать, а то и пенделя давать.

У двуногих гоминид сформировалось еще одно «лицо присутствия» - на корпусе. Нечто подобное есть у часто выпрямляющихся приматов: гелады, гориллы, сифаки.

Гештальт, образованный мохнатыми подмышками, сосками, пахом, пупком, мускулатурой, призван внушать уважение: «меня много!» Или неуважение: «я мелкий…» Поэтому девицы комплексуют, если грудь маленькая. И - стесняются, если грудь не по рангу большая. Ведь это вызывает встречную агрессию, которую нечем отразить.

Женщина высокого ранга набирает «соцнакопления» и гордится ими, постоянно подчеркивая: «какая я толстая, пора на диету!»

Мужские соски тоже выделены цветом и часто шерстью. На груди формируются брови, ресницы, целая «морда с глазами». С возрастом у высокоранговых мужчин грудь и плечи наливаются жиром, соски разбухают, появляется пестрая проседь.

Подчеркивать внушительность «морды» на груди мужчинам также помогают ордена, амулеты, эполеты, пряжки, гвоздики в петлице, татуировки и подобные атрибуты джентльменства (или просто «мэнства»).

Таким образом, сиськи – это сигнал! У диких млекопитающих молочные железы малозаметны (а у самцов их вообще не видно). Однако относительно массы тела они производят не меньше молока, чем человеческие.

Зато у женщины Homo sapiens груди специально выделяются на теле: рельефом, окраской ареол, волосками, способностью забавно колыхаться на бегу и осязательной прелестью. Это уже не молочные железы и не соски, а именно «сиськи», то есть сигнально-информационные образования.

Но у всех ли сапиенсов? Нет. Большие груди не развиваются, если плотность населения слишком низкая (арктические аборигены, пигмеоиды экваториальных лесов), или слишком высокая (аборигены речных долин Индокитая, Южной Индии, Центральной Африки). Висят такие тряпочки, которые мусолят младенцы.

Чтобы популяции заиметь большие сиськи, требуется умеренная плотность населения – при высокой скученности внутри группы. Самые сисястые бабы у центральных и южных европеоидов, полинезийцев, западных африканцев. А когда их социумы переуплотняются, сиськи раздувают искусственно – силиконом, накладками, изобразительными традициями.

То, что в сиське закодирована агрессия присутствия, делает ее «плохой» в формальном массовом сознании. (В неформальных массмедиа она хороша, даже слишком – поэтому используется всюду, как семафор). Само слово «сиськи» word подчеркивает: «возможно, бранное слово». Какое к чёрту бранное слово, если оно из младенческого языка?! А вот - бранное!

Феминистки борются за право ходить топлесс, но что-то слабовато. Недоборолись пока. Общественность осуждает селебрити, если те позагорают без насисьников или на сцене уронят бретельку: какая непристойность!

Почему же это неприличное место, если - sancta sanctorum, мадонна, материнство, и всё такое, и даже пахнет хорошо? А чтобы жизнь медом не казалась. Оказывается, у людей грудь выражает социальную агрессию. Которую всякий воспитанный человек обязуется подавлять.